Владимир Крючков

Журналист

Водный мир

Через десять лет в очередь за водой встанет половина человечества. Готова ли вторая его половина утолить жажду соседей по планете?

Первыми были китайцы. Именно они предложили России стать экспортером пресной воды. В июне 2011 года главе Бурятии Вячеславу Наговицыну пришло письмо от крупной китайской компании с просьбой рассмотреть возможность строительства водопровода от озера Байкал по маршруту Бурятия — Монголия — Китай. Проекту не суждено было состояться: Минприроды РФ, ссылаясь на конвенцию ООН «О сохранении объектов всемирного наследия», выразило опасение, что он может нанести ущерб уникальной экосистеме озера.

Тема водоэкспорта в ученых и экономических кругах, тем не менее, не утихала. В опубликованном в конце 2013 года проекте «Национальная экспортная стратегия России до 2030 года» помимо прочего было предложено продавать и пресную воду. Но напрямую эта проблема заявила о себе самым неожиданным образом, когда Украина ограничила поставки воды Крыму, объявив о резком повышении цены за этот жизненно важный ресурс. За строительство полевых магистральных трубопроводов на полуостров в России взялись оперативно, обсуждаются возможности создания в Крыму водохранилищ и разработки подземных вод. Но сам по себе казус в очередной раз напомнил о том, что вода может быть товаром, причем пользующимся огромным спросом! И Россия располагает им в избытке, занимая по запасам воды второе место после Бразилии. Но у нас, в отличие от остального «водного» мира, вопрос, как распорядиться этим богатством, еще во многом остается открытым.

 

Все, что течет

О том, что вода уже в ближайшем будущем станет природным ресурсом номер один, «прозрачным золотом», по востребованности сопоставимым и даже превосходящим нефть, написаны тома статей и докладов. Достаточно привести лишь данные ООН: в мире идет примерно 300 вялотекущих конфликтов, причиной которых стала вода. А всего за последние полвека произошло более 500 споров из-за водных ресурсов, двадцать из которых закончились военными действиями. К 2025 году нехватку воды будут испытывать от 45 до 60% населения.

В экспертном обороте уже давно в ходу термин: небутилированная вода. Забудем на время об упакованной в пластиковую тару питьевой воде — это лишь один из производных продуктов небутилированной, которая стихийно существует в природе: в реках, озерах и даже в соленых морях и океанах.

С водой «в пластике» рынок как раз разобрался: конкуренция растет год от года, и игроков лишь прибавляется. Недавно Киргизия начала экспортировать в страны ЕС ледниковую воду с Тянь-Шаня. Белоруссия наладила экспорт в Арабские Эмираты. В Турции, по данным местного минздрава, в 2013 году значилось уже 323 лицензированные марки бутилированной воды — артезианской, минеральной и обычной питьевой. Импортеры — торговые сети почти на всех континентах.

Может ли гордиться такими достижениями Россия — вопрос риторический.

Впрочем, рынок «упакованной» воды в масштабах большого водного рынка крайне мал. А большой рынок в экспертном сообществе делят на три сегмента: вода для хозяйственных потребностей, «виртуальная» вода и питьевая. Хотя о самом мировом рынке воды пока больше теоретических рассуждений, нежели реальных фактов.

«Пресную воду еще в древнем Риме транспортировали с помощью акведуков и продавали в городах. По мере глобализации, развития мировой транспортной инфраструктуры стало возможным обсуждать вопросы мирового рынка продажи воды»,— рассказывает RV генеральный директор ГУП «МосводоканалНИИпроект» профессор Евгений Пупырев. «Мирового рынка пресной воды нет, но могут быть континентальные и региональные рынки»,— продолжает в беседе с RV завкафедрой региональной экономики и экономгеографии НИУ ВШЭ Алексей Скопин.

Примеров тому немало. Disi Amman Water Conveyor (общая стоимость почти 1 млрд долларов) — самый крупный коммерческий проект водоснабжения Иордании. Помимо правительства этой страны инвесторами выступили турецкая компания GAMA Energy, а также Корпорация зарубежных частных инвестиций США, Европейский инвестиционный банк и французское Агентство по развитию.

В 2006 году начались работы по строительству водопровода из турецкого Джейхана в Израиль — проект также одобрил Европейский инвестиционный банк. Поначалу предполагалось, что транспортировку осуществят танкеры, но предпочли все-таки трубопровод, пропускная способность которого (200 – 300 млн куб. м) значительно превышает танкерный вариант.

В конце 2013 года опять же Турция — один из мировых лидеров на рынке пресной воды, начала строительство водопровода, который свяжет страну с Северным Кипром. Цена проекта — 484 млн долларов.

Кстати, информация к размышлению. Израиль был готов покупать турецкую воду по цене 0,7 доллара за кубометр — почти вдвое дороже, чем в 2013 году была средняя цена российского газа для Европы. Вот, собственно, и ответ, в какой цене нынче Все, Что Течет.

 

Еще капельку, пожалуйста

Некоторые эксперты прогнозируют в скором времени появление рынка воды, подобного современному рынку нефти. И ставят в пример уже успешно функционирующий рынок бутилированной питьевой воды.

Профессор Евгений Пупырев в интервью RV утверждает, что это возможно при выполнении, по крайней мере, трех условий.

Во-первых, это достаточность финансовой емкости мирового рынка. Если объем продаж бутилированной воды в мире в 2014 году оценивается в 300 млрд литров, или примерно в 60 млрд долларов, то финансовый объем продаж небутилированной воды достигнет этого уровня при продаже не менее 30 млрд куб. м в год, что при нынешнем уровне цен на мировом рынке невозможно.

Во-вторых, это развитие правовых инструментов межгосударственной продажи воды.

В-третьих, разработка технологий и санитарных норм консервирования воды, методов ее безопасной транспортировки.

Так или иначе, но, по прогнозам CLSA Asia Pacific Markets, одного из крупнейших брокеров азиатско-тихоокеанского рынка, к 2030 году общая потребность в воде в мире увеличится до 6900 млрд куб. м в год, что эквивалентно около 119 млрд баррелей ежедневного спроса. Такие объемы, несомненно, потребуют создания инструментов для мирового рынка — уж очень большие деньги на кону. Торговать в мировом масштабе уже предлагается на специальных водных биржах.

При их организации в первую очередь нужно определиться с системой стандартизации товара. В частности, полагают эксперты, нужно ввести несколько марок воды, наподобие тех, что используются при торговле нефтью (Brent, Light, Urals). Критериями же будет количество растворенных или содержащихся в ней минеральных образований.

Но торговля — это одно, а как решать технические вопросы, например, с доставкой, если речь идет не о торговле между соседними государствами, а именно о мировом рынке?

На сегодня разработано, опробовано или хотя бы продумано несколько способов.

Один из вариантов — использование айсбергов. Правда, технология их перемещения через океан пока не разработана: тает практически половина ледника, прежде чем он попадает к потребителю. Танкерная или трубопроводная транспортировка пока выглядит более реалистично. Так или иначе, по подсчетам экспертов Африканского регионального процесса (African Regional Process), чтобы улучшить доступ к питьевой воде, развивать сельское хозяйство и производство энергии, одной только Африке требуется около 50 млрд долларов инвестиций в год.

Но безводный мир не сдается.

 

Альтернативная вода

Помимо технологий физической переброски пресной воды как таковой появилась идея так называемой виртуальной воды. Английский ученый Дж. Аллан, автор этой концепции, в 2008 году был даже удостоен Стокгольмской премии воды. Суть проста: страны с ограниченными водными ресурсами должны импортировать готовые товары, на производство которых у них не хватает воды. По мнению многих экспертов, это значительно дешевле, чем вести трубопровод или рыть каналы.

Простой пример. По прогнозам, к 2050 году мировой спрос на продовольствие увеличится на 70%. При этом мировое потребление воды сельским хозяйством вырастет примерно на 19%. По формуле Аллана для производства одного килограмма пшеницы необходимо около тысячи литров воды, килограмм мяса требует в 5   – 10 раз больше.

Таким образом, при торговле продовольственными культурами или любыми другими товарами происходит виртуальный переток воды из производящих или экспортирующих стран в страны, которые потребляют и импортируют эти товары. Это позволяет импортерам сберегать воду, снижая нагрузку на свои собственные ресурсы или высвобождать ее для других целей. А экспортерам, соответственно, разумно диверсифицировать набор товаров.

Другую альтернативу предлагают высокие технологии. В последнее время эксперты отмечают ускоренное развитие технологий очистки и опреснения морской воды.

К примеру, можно ли было еще десять лет назад представить, что экспортировать пресную воду станет Израиль! Страна-пустыня! И вот что заявляет газете La Stampa министр регионального развития, энергетики и водных ресурсов Сильван Шалом: «С 2014 года у нас намного больше пресной воды благодаря новому проекту по опреснению морской. Впервые больше, чем требуется для внутреннего потребления! Мы планируем экспортировать ее в Иорданию и палестинцам... Хотели бы помочь и китайцам — мы в контакте с Пекином».

Для справки: в 2013 году средняя стоимость опреснения одного кубометра воды в разных странах колебалась от 0,5 до 1 доллара.

К обессоливанию воды прибегают государства Аравийского полуострова — на их долю приходится почти 60% перерабатываемой в мире морской воды. При этом три страны — Саудовская Аравия, Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты — пропускают через свои установки почти 53% мирового выпуска воды на опреснительных заводах.

По словам директора ФГБУ «Центр развития водохозяйственного комплекса» Минприроды РФ Альберта Каспарова, такие технологии могут быть применены и в Крыму, где немало соленых озер. «В Сингапуре воду с опреснительных заводов подают и на орошение, и на технические нужды»,— поясняет эксперт.

Кстати, многие страны, обладающие такими технологиями, неплохо зарабатывают на этом рынке. Рекорд принадлежит Франции, построившей в конце 2012 года в австралийском штате Виктория самый большой в мире завод по опреснению морской воды. Стоимость проекта — 2,4 млрд евро. Установка производит до 450 000 куб. м воды в день.

Отличились и китайцы. Буквально на днях ученые отрапортовали об открытии способа разсоления морского льда в твердом состоянии. По этой технологии морской лед можно превратить в пресную воду, которая соответствует госстандартам.

Еще одно свойство воды RV прокомментировали в компании «Русгидро». На воду приходится около 20% выработки электроэнергии в мире. Но гидроэнергетика не только не ухудшает качество пресной воды, но и улучшает ситуацию с водообеспечением.

«Как известно, сток рек в большинстве случаев неравномерен — большая часть воды уходит в половодье или паводки,— говорит в интервью RV представитель компании „Русгидро“ Елена Вишнякова.— Водохранилища позволяют накапливать сток в период многоводья и равномерно расходовать воду, значительно увеличивая запасы реально пригодной для использования воды. Кроме того, они работают как гигантские отстойники, в которых вода очищается от загрязнений».

В «Русгидро» считают, что наиболее перспективными рынками в настоящее время являются страны Азии, Африки и Южной Америки, где наблюдается настоящий гидроэнергетический бум — строится и планируется к строительству большое количество ГЭС, в том числе и с уникальными параметрами.

 

Почему не торгуем?

Гидроэнергетика — единственная, пожалуй, область, связанная с коммерческим использованием водных ресурсов за рубежом, где Россия проявляет активность. Что же касается участия нашей страны в мировом рынке торговли водой, то здесь мнения ученых опять разошлись.

Согласно докладу МГИМО «Проблема пресной воды. Глобальный контекст политики России» Молдавия, Румыния, Венгрия, Туркмения более 75% своих водных ресурсов получают из внешних источников. Азербайджан, Латвия, Словакия, Узбекистан и Украина принимают из-за границы 50% необходимой им воды. Не это ли российский рынок на ближайшую перспективу?

Как считает профессор Евгений Пупырев, «Россия может стать сильным игроком на рынке небутилированной воды. Но при создании соответствующей инфраструктуры и совершенствования водного законодательства».

Однако, по мнению директора Института водных проблем РАН Виктора Данилова-Данильяна, наши реки, которые расположены более или менее близко к границе, пребывают в состоянии явно непригодном для того, чтобы из них продавать питьевую воду. С ним согласны и другие эксперты. Например, Алексей Скопин подтверждает, что вся пресная вода, расположенная в России западнее Урала, сильно загрязнена. А все, что восточнее, потребует огромных вложений для транспортировки. Но ведь очистка и транспортировка воды достаточно хорошо освоены в мире, и Россия обладает достаточным потенциалом для использования этих технологий!

Впрочем, оставим в покое сибирские реки и священный Байкал. Некоторые эксперты, к примеру, полагают, что для транснациональных поставок вполне подходит вода Ладожского озера. Ее потребителями могли бы стать страны Южной Европы, Ближнего Востока и прикаспийские государства — Казахстан, Туркмения и Иран. Близость озера к Санкт-Петербургу позволяет транспортировать ее хоть танкерами, хоть цистернами по железной дороге.

... Появление полноценного мирового рынка воды неизбежно. И с чего-то и нашей стране начинать надо. Хотя бы с конкурентоспособной минералки. А то и впрямь поздно будет пить грузинский «Боржоми».